Индийская экспедиция на Сатледж и не только /Блог/ Кирилл Кубанцев/ 2007/ часть1

Увертюра






Так вот, вернулись мы из Индии. Целью поездки основной группы была река Сатледж, текущая из Тибета в Пакистан, где она сливается с Индом, от слияния с р. Спити до конца рафтового участка – пос. Татапани. О реке мы практически ничего не знали да и вести с Юрунгкаша не прибавляли оптимизма. Сейчас, менее чем через сутки после приезда, очень трудно собрать все ощущения и как-то сформулировать, какие ощущения остались после поездки, потому что ощущения очень разные.



Первая часть – заброска от Дели к китайской границе, от которой планировался сплав, и выше по притоку Сатледжа – р. Спити. Это заняло 4 дня. Притирка огромной (22 человека) группы, организационные проблемы. Несмотря на тяжелый переезд эта часть для меня была скорее позитивной, потому что тогда я еще чувтствовал себя участником этой экспедиции.




Вторая часть – прохождение Спити и верхнего каскада Сатледжа большей частью группы. Это для меня, пожалуй, явилось самой неприятной частью. Когда катамараны вышли на реку, у меня появилось ощущение, что я приехал не туда. Изначально мы договорились с Шагаевым, что я пойду только относительно простые участки, к которым Спити не относилась (каньонная река с большим уклоном и прорывным характером порогов), но как не почувствовать себя последним лузером, когда группа уходит без тебя, а ты едешь отдыхать в гестхаус. Они шли Спити 4 дня, а мы с М., одурев от высоты и чувствуя абсолютную оторванность, отмокали в гестхаузе в Пухе, поселке ниже верхнего каскада. Мы серьезно рассматривали варианты уехать, но останавливало то, что отъезд с реки и возвращение на рафтовый учаток, где я планировал сплавиться, заняло бы слишком много времени.



Третья часть – снова в мажоре. Однодневный сплав от верхнего каскада порогов до начала первого каньона и стояние у начала каньона. Нагребшись на Спити, мастера спортивного сплава уступили свое место любителям. Наш катамаран был самым любительским, т.к. на одного эксперного рафтера Вадима приходилось аж трое любителей (людей с 5-шным опытом). Сплав по прогонному участку оказался довольно занимательным, украшенный тремя-четырьмя порогами 4 к.с. и одним 5 (6 ?) к.с.. Я взбодрился и заряда оптимизма хватило на следующий день, когда за дело взялись катамаранные «зубры». Впрочем, у нас день был не менее интересным, чем у «зубров», которым удалось пройти по реке существенно меньше, чем нам – поехать по берегу. Стояние лагерем на месте кремации у Сатледжа во время глубокой разведки реки штурмовой частью группы дальнейшего участка сплава тоже оказалось приятным. Это – 4 дня.




Четвертая часть была нейтральной, в легком миноре. Минор – потому что на моих глазах народ проходил интересные пороги, которые, как мне казалось, были мне по зубам. Мажор – потому что наконец был определен дальнейший план действий и мы могли с легкой душой начать осмотр достопримечательностей, отправившись в Сараан, который нам очень понравился. Впечатление от Сараана было чуть подмочено рассказом о том, какие пороги ребята прошли за наше отсутствие. 3 дня смешанных чувств.




Пятая часть – коммерческий участок. Я снова в строю, я доволен. Правда, главным препятствием были не пороги, а постоянно травящий катамаран, на котором мы с Антоном занимались пранаямой. Украшение второго дня – порог 6 к.с. у деревни Пандова, джунгли, летучие мыши поиск конца сплава по совсем затихшему Сатледжу в сумерках.



Шестая часть – дорога в Шимлу, Ришикеш, Харидвар и Дели. В музыкальных терминах – просто шум без тональности, выходящий в мажор где-то в Харидваре. Два дня изматывающей дороги Татапани-Шимла и Шимла-Ришикеш вспоминаются как 2 дня после отравления какой-то гадостью. Ощущения только на уровне физиологии. Постепенно из этого шума вырастает мелодия путешествия, старая, знакомая и любимая. В Харидваре мы уже окончательно приходим в себя, мечемся по храмам, участвуем в индуистких обрядах, то есть играем положенную нам роль белых собак, живущих только в гостиницах и едящих в ресторанах. Потом – снова шум дороги и уже совсем обычный для нас осмотр достопимечательностей Старого Дели. Встреча с ребятами в аэропорту – добавила неразрешенный ни в мажор ни в минор аккорд, напомнив о поездке, которая не была походом, но и путешествием тоже стать не успела. Вот сижу я тут и думаю, что же это все-таки было, чем мы были заняты последние 3 недели.
А еще, написав все это, я подумал как же было тяжело М., которая переносила все эти мучения без надежду на УЧАСТИЕ в экспедиции. Дальше я постараюсь написать все что было с нами по дням.

День первый. Перелет в Дели.






После традиционной эмоциональной борьбы настроений перед предстоящей поездкой мы выдвинулись в аэропорт. Прибыли в последнюю мнуту, когда остальная группа уже начала регистрироваться, а Антон, чьи билеты были у нас, уже начинал нервничать. Туркменские Авиалинии, которыми мы летели, долго и дотошно переписывали наш багаж, отсеивая в негабаритную часть не только трубы и весла, но и рюкзаки с избыточным количеством лямок и завязок. Рязанцы улыбались и махали (с). Негабарит нам отдали после регистрации и мы положили туда те вещи, которые вытащили перед взвешиванием, что позволило нам снизить количество перевеса. Алкоголь плавно вливался в нас и дабы не встретиться с его недостатком закупался в дьютифри. Самолет – вполне приличный, хотя и слегка потасканный «боинг», кормежка уровня советской столовой. В самолете «Норд-Ост» стал петь. Под такой аккомпанемент мы и приземлились в аэропорту имени Туркменбаши в Ашхабаде. Аэропорт, которого мы побаивались, оказался маленьким, но довольно чистеньким. Из развлечений там присутствовал лишь бар-буфет, где в тот день можно было купить чай, коньяк, фисташки и виноград, а также вино, водку и коньяк местного производства. Черемушкин пел попеременно с Жуком, Смирнов ушел в астрал, слабо контролируя физическое тело, большинство спали или развлекались закуской. Среди нашей тусовки откуда-то постоянно брался мужик в майке с надписью «Тибет», которого звали Юрой и который собирался смотреть Индию на мотоцикле, прибившись к нашей группе.
Погрузились в делийский самолет строго по расписанию. К тому времени все уже изрядно утомились и перелет в Дели проспали.

День второй. Дели и дорога в Шимлу.


Вот, вернулся из командировки и продолжаю про Индию. Кстати, в Германии, где я был общался с индийцем по имени Равиндра (мы его звали, конечно, Махиндра), который много чего интересного рассказал про Индию. Особенно запомнилось объяснение, почему индийцы так мало путешествуют. И действительно, даже арабы таскаются по миру со своими гаремами, а индийцев, особенно женщин, практически нет. Оказывается, что невестка в доме персонифицирует Лакшми, богиню достатка, а кто же отпустит богиню достатка из дому, чтобы достаток ушел с ней... Вот и сидят бедные индийки, света белого не видят. Но вернемся к нашим... муттонам.



В аэропорту Дели отчетливо ощущалась атмосфера басейна. Мы заполнили какие-то формы ина удивление быстро и легко оказались у ленты, где получают багаж, готовясь к худшему. Черемушкин объявил, что в Индии достать алкоголь не очень просто, поэтому к худшему готовились обходя дьюти фри. Багаж пришел точно по количеству и качеству. На выходе из аэропорта нас никто не ждал. Толпа оранжевых маек бродила по зоне прилета, закупая воду (сушняк!) и в поисках приличной еды. Англоговорящие носились по залу в поисках HPTDC, которые обещали нас встретить. Через 10 минут откуда-то сбоку вплыл усатый худой индиец с листочком исписанным от руки и потерянным видом. Допрос показал, что он ищет М., которая переписывалась с HPTDC от нашей компании.Мы взяли вещи и выдвинулись. На улице было довольно жарко, но все же не настолько, чтобы от этого страдать. Автобус оказался оборудован неработающими вентиляторами, о которые при тряски я бился головой. В остальном автобус был нормальным и нам было не тесно. В планах у нас было поменять деньги и купить еды и разной утвари, т.к. даже посуду из Москвы никто не тащил во избежание перевеса.



Первая задача нам далась нелегко. Мы приехали в делийский офис HPTDC, где водитель узнал, где нам можно поменять денег (Дели он не знал совсем). Обменный пункт находился в гостинице в 10 минутах ходьбы. Служащий гостиницы, где был обменный пункт сказал нам, что в связи с воскресеньем поменять денег нам вряд ли удастся легко. По дороге обратно к автобусу мы бросались на прохожих с вопросами о обменном пункте. Неожиданно нам подвернулся какой-то живчик, который почти одинаково бегло говорил на русском и английком и пообещавший нас доставить к обменному пункту. Были собраны деньги и отряд обменщиков в составе 4х крепких англоговорящих мужчин общей массой под 400 кг отправился менять деньги. Первая часть пути была преодолена на моторикше, расчитанной на перевозку 3-4 субтильных индийцев. Как получилось, что ни одна из 3х свисавших за борт жоп не оказалась на асфальте вопреки превратностям делийского автомобильного движения я сказать затрудняюсь. Мандап (так звали живчка) смешно (и более-мнее к месту) матерился, поведал нам, что выучил русский путем сексуальных практик с русскими женщинами, но всеже исправно довез нас до джипа, на котором мы доехали до обменника, расположенного в каком-то большом отеле («Ашока»-?). По пути проезжали какую-то современную скульптуру, походую на водонапорную башню,. шаровидный бак которой упал к основанию. На все вопросы, что это за народное творчество, живчик отвечал, что это – п…да. Комментировать отказался. Собственно обмен денег занял довольно много денег, т.к. зная о пронырливости индийцев мы старались очень жестко контролировать процесс. Сложностей особых не было.




На счет закупки всего необходимого нам обещали супермаркет по дороге и мы выдвинулись в путь. Выехав из Дели, мы проехали не менее 5 км городской помойки. Дорожное движение в Индии – смех сквозь слезы для незамыленного глаза. Отдельные кадры (к сожалению, фотоаппарат мы куда-то убрали) – просто шедевры. Чего стоит полицейский мотоцикл, на котором едут два полицейских, второй из которых держит двухстволку в положении «на плечо». Просто кадр из индийского боевика.Некоторое время спустя мы остановились поесть у какой-то забегаловки. Наши придорожные питейно-едальные заведения для дальнобойщиков – образцы стерильной чистоты по сравнению с индийскими дхабами. Курица с рисом и чапати, кола и чай – все на что мы отважились. Особо смелые съели еще и салат. Водитель с hl быстро разобрались в схожих пристрастиях и слегка дунули. М. принялась строить водителя на предмет поиска супермаркета, а заодно и укурки. Я знаю как водителю было плохо. Его проблема была в том, что его уровня английского явно не хватало объяснить его намерения. Минут через 10 мы остановились у торгового центра.




В супермаркете мы произвели фурор. Нас обслужвали, кажется, все работники торгового зала и сам директор. Примитивные нужды большинства индивидуумов нашей группы были удовлетворены. Групповые интересы требовали еще значительной закупки продуктов, главным образом консервов, наличие которых является проблемой для преимущественно вегетарианской Индии. Удовлетворив основные потребности (поесть и выпить), народ стал по-немногу отходить ко сну, просыпаясь лишь для удовлетворения смежных потребностей. Более-менее все проснулись уже на подъезде к Шимле, где покупались фрукты-овощи, слоеные пирожки фри с острой овощной начинкой - сАмоса - для перекуса (по рекомендации Эдика, у которого это была 4-я поездка в Индию), а также местный виски, который, вопреки мнению Черемушкина, продавался в каждой дыре. Последняя часть из 240 км дороги Дели-Шимла доволно круто забирала в горы и вообще следовала рельефу местности. С подъемом некоторым участникам концессии поплохело (есть мнение, что эдиковы пирожки тоже повлияли) и мы поминутно останаливались для приведения их (НЕ ПИРОЖКОВ) состояния в норму.

Шимла спала. Как выяснилось, туристическо-фешенебельная часть города находилась на холме, въезд куда был запрещен. Впрочем, пометавшись по окрестным гостиницам обнаружилось, что все места забиты и нам оставалось только поехать в забронированную нами гостиницу. Мы обещали заплатить «ужасный» штраф в 2000 рупий (1500 рублей) за въезд в пешеходную часть Шимлы и водитель согласился заехать к нашей гостинице. Мы быстро разгрузили вещи и отправили нашего отважного Раджпала (который через пару дней уже откликался на имя Раджа Палыч или просто Палыч) восвояси. Нам же хватило сил только на то чтобы заползти в свою сомнительной чистоты конуру и уснуть. Широко разрекламированные в библии шимлинские обезьяны приветствовали нас злобными выражениями морд.

День третий. Шимла и дорога Шимла-Рампур.





Утро красило нежным светом красножопых обезьян на окрестных крышах. Шимла выглядела несколько оптимистичнее, чем накануне.Назначенный сбор в 8-30 не проигнорировал кажется только я. Побродив по условленному месту встречи, я занялся перепаковкой вещей и съемкой видов. Через некоторое время народ проснулся и наконец вся тусовка отправилась завтракать. Завтрак нам дать отказались до заполнения всем коллективом форм регистрации. Владение языком нам не очень помогло оперативно заполнить формуляры, но все-таки все18 бумажек были написаны. Завтрак – яичница, чапати (пресные лепешки) и джем с соленым маслом. Потом мы принялись за дело. Часть народа пошла уточнять детали с транспортом, вторая пошла добывать консервы и другую пищу, которою к тому моменту пока не удалось приобрести. Допросы местного населения показали, что оптимальное место для закупки всякой всячины – центральная улица Шимлы, Молл. Молл и прилегающие улочки довольно чистые, а по индийским понятиям просто блещут чистотой. Архитектура, в основном, колониальная, что легко объясняется тем фактом, что Шимла в свое время была летней столицей Британской Индии. Английские домики и сосны, по которым в изобилии скачут обезьяны – довольно интересная комбинация.




Пойдя весь Молл мы так и не обнаружили ничего похожего на супермаркет. В гостинице в конце Молла нам любезно сообщили название и примерные координаты магазина. Оказалось, что мы уже проходили его, просто на тот момент он еще не открылся. Радостно перерыв все содержимое полок, мы скупили все имеющиеся в магазине консервы, большую часть макарон, масло, сухое молоко и еще много чего. В помощь нам хозяин отловил двух кули (носильщиков), которые нам доставили все это добро до гостиницы. Мы развлекались местным вином (довольно приличным) и сидром (который все же хуже французского). Тем временем перед гостиницей, где мы складировали наши вещи появились гонцы, занимавшиеся транспортом и объявили, что HPTDC может оформить нам пропуска в погранзону, Собрав фотографии (как всегда нашлись раздолбаи, которые не сфотографировались), копии паспортов и сами паспорта, оперативная группа снова исчезла. Чтобы не терять время мы решили загрузить вещи в автобус. Для этого требовалось их перенести вниз к трассе. К тому времени стало жарко, особенно внизу у шоссе, где ветер не дул. Медленно загрузив вещи и получив известие о том, что пропуска у нас будут не раньше 16-00, мы отправились обедать. В ресторане нас уже ждала передовая часть группы. Легкий супчик и курица, карри из козлятины и пиво восстановили измученный жарой организм. После ресторана актив снова занялся обработкой транспортного агенства на предмет получения пермитов, а большая часть группы пустилась в свободное плавание. К 18-00 пермиты были наконец получены, благодаря М., сломившей сопротивление чиновников. Интриги в эту борьбу добавлял тот факт, что если мы не получаем пермитов в этот день, то мы остаемся в Шимле еще на 2 дня, т.к. следующий день был выходной – День рождения Индиры Ганди.



Наш водитель, которого мы встретили у гостиницы, нас ошарашил, сказав, что выдвигаться так поздно он не хочет. С нашей стороны он не встретил понимания и ему пришлось подогнать автобус, куда мы загрузились и выехали, договорившись, что сегодня доедем до Рампура, где мы уже забронировали гостиницу, принадлежащую HPTDC. Не исключено, что факт бронирования гостиницы и подстегнул Палыча выдвинуться, т.к. ему очевидно здорово влетело бы, если бы он нас не привез. Первая половина пути лежала по пригородам Шимлы. Мы то и дело втыкались в пробки. Положительным моментом были виды высоких холмов, усыпанных огнями, под звездным небом, усыпанным звездами. Постепенно дорога выбралась в хвойный лес. То и дело попадались вековые ели. Качество дороги ухудшилось, сильно трясло и местами необходимо было останавливаться, чтобы разъехаться со встречным грузовиком. Уже совсем поздно мы остановились перекусить в каком-то селении. Дхаба была ужасно грязная, вся засиженная мухами, резиденты совершенно не говорили по-английски. Голодные туристы сначала хотели купить местных сластей, но доктор Черемушкин строжайше запретил закупаться ими. Так уже упакованные сласти опять отправились на витрину служить подставкой для мух. Приготовив на керогазе некоторое количество чапати, главный повар взялся за изготовление чая. Чай ему не удался, вместо него получилась мутная жидкость, близкая по цвету к шоколаду. Героически выпил это зелье, кажется, только Антон. Третьим номером программы были яйца. Повар стал варить их в том же самом «чае», вызвав бурный протест всей прогрессивной общественности. Под ее давлением чай сменился на более или менее чистую воду. С яйцами тоже оказалось не все просто. Сварив первую партию, повар принялся их чистить черными от неизвестно чего руками. Успев остановить его на втором яйце, мы добились наконец некоторого количества вареных нечищенных яиц, при этом 1 яйцо у нас потом стырили, а одно почистили. Мы в ответ обсчитали врагов на чай или чапати. В общем, в итоге этих манипуляций баланс оказался 3 рупии в пользу хозяев заведения. Недостающие калории добрали из чипсов и фанты (12 рупий за бутылку по всей Индии, тару надо возвращать). После еще получаса пути мы наконец попали в долину Сатледжа в нижней части рафтового участка. Река оказалась довольно быстрая и полноводная, впрочем наличие и характер препятствий было трудно оценить из-за темноты. Заполночь мы оказались в гостинице. Номера приятно удивили чистотой при сравнительно невысокой цене. Ужина нам не досталось, зато сон удался. В Рампуре в отличие от Шимлы ночь была вполне теплая.

День четвертый. Рампур-КПП





Подъем в этот и последующие дни был организован Борей на отличном уровне. Я поднялся до подъема и сбегал посмотреть на реку и поселок. Первое впечалило сильнее второго. Потом завтрак и закупка овощей на местном рынке с Шагаевым и Смирновым, наконец обретшим форму после самого страшного для него препятствия – заброски на реку. Объяснить, что такое морковь местным жителям так и не удалось. За неимением таковой затарились картошкой, лаймами, капустой, баклажанами, кабачками и кинзой. Ухитрились потеряться на единственной улице Левобережного Рампура, она же - национальная трансгималайская трасса Индии. Собравшись в автобусе стали продолжать разбираться с запасами из дьютика, к лайму нашлась текила. Через часа полтора в одном из поселков нашли еще одно опровержение заявлениям Черемушкина о недоступности алкоголя в Индии и закупили пару ящиков местного виски. Обнаружилось, что кроме знакомого нам по Непалу Bagpiper в Индии пьют также виски Officer’s Choice, а также местную дешевую самогонку, которую рискнули пить только к середине похода (на дегустационном конкурсе она заняла последнее место из алкогольных напитков). Основным предметом внимания была, конечно, река. После Рампура дорога довольно быстро набрала высоту и что-то детально рассмотреть в реке было трудно, но было очевидно, что воды в ней должно быть больше. Остановились у придорожного храма, где большинство из наших благословилось у Парвати.



Выше дамбы дорога и река сошлись. Тут буйства стихии нам открылись во всей красе. Тут можно было вполне насладиться видом порогов и понять, что в некоторых местах даже если теоретическая вероятность прохождения существует, найти добровольцев на их прохождение вряд ли удатся. Пообедали в какой-то деревне, съев по тхали (тарелка, состоящая из вареного риса, чечевичной подливки и тушеных овощей). Более осторожные довольствовались пакорой (овощи в кляре) из цветной капусты (гоби – по-местному). Периодически открывался вид на снежники. Спустя какое-то время Киннер Кайлаш, массив, входящий в Главный Гималайский хребет стал виден почти постоянно. На одной из остановок нашли шишку гималайской сосны (кедра?) с вкусными продолговатыми орешками в мягкой скорлупе. Уже практически в сумерках добрались до КПП. Группа переговорщиков занялась привычным делом, а остальные бродили вокруг. Пока оформлялись документы я устроил фотоохоту на колибри (?),



пообщался с немецкой парой, возвращающейся из долины Спити на автодоме (они сказали, что дорога в этой долине, разрушенная по всем отчетам, снова открыта), погрыз семечек с подсолнуха, росшего на клумбе у чек-поста. Неподалеку от чек-поста мы нашли удобный съезд к реке, где и остановились лагерем в непосредственной близости от палаток рабочих, отделяющих прибрежный песок от гальки для строительных работ. Первая «дикая» стоянка была среди посадок деревьев. Дров практически не было. С горем поплам сварили макаронов, которые неанглоязычные дежурные заправили одновременно рыбой и ветчиной, не разобравшись с надписями на банках. М. была в боевом настроении и устроила скандал по поводу курения запасов hl, чем сильно позабавила народ.



День пятый. КПП – место стапеля.


Утром попытался заснять Киннер Кайлаш, высящийся над долиной реки в этом месте, но фотки не удались. За неимением дров решили завтракать сухим пайком, а поплотнее поесть в какой-нибудь деревне на трассе. Незнакомые с рязанской технологией фильтрации жаловались на йодовый вкус воды и пытались инициировать переход на покупную воду. Потом после отработки технологии фильтрации привыкания к вкусу этот вопрос больше не поднимался, хотя воду продолжали покупать.




Как и планировалось, позавтракали в деревне. Завтрак совместили с закупкой необходимого продовольствия и, в частности, козла, к которому мы еще вернемся. Килограмм козла стоил 160 рублей на наши деньги. Козла поместили в бак и замариновали уксусом и еще разными добавками, о которых позднее. Завтрак обычный: яйца, чапати и масло принимали в дабе, где хозяйничала бойкая девушка монголоидного вида. Снова загрузились в бас и поехали. Река под дорогой практически успокоилась, зато горы становились все живописнее. Когда дорога снова оказалась у реки в районе д. Даблин (ту тикетс тудаблин), снова показались пороги. Еще через несколько км мы достигли цели – слияния Сатледжа и Спити. Место там было очень красивое, обе реки выходили к месту слиянию из узкого каньона. Бирюзовая Спити имела практически тот же расход, что и мутно-серый Сатледж.



Насладившись видом, мы решили поехать к монастырям в долине Спити. М. сильно переживала (как выяснилось – отчасти обоснованно) по поводу того, что дорога через 2 км после езды вверх по Спити отходит от реки, резко набирая высоту и достигает у ближайшего монастыря высоты более 3500 м при урезе воды с месте слияния рек 2300 м. Так или иначе, уговорами и посулами М. удалось убедить сесть в автобус и, хотя я был готов выйти с ней у ближайшей деревни, мы доехали до монастыря в д. Нако, наблюдая Спити, текущую в исключительно красивой пустынной долине на дне глубокого каньона. Монастырь нас не сильно впечатлил. Датировка Х-XI в. относилась только в ступам, которые не отличались изяществом.



Жилое и культовое здания монастыря выглядели построенными совсем недавно. Виды из монастыря на снежники были лучшими, которые мы до этого момента (а может и за весь поход) видели. Проблема недостатка топлива (ближайшие заправки – Повари и Каза, до каждой 50-100 км), которую мы пытались решить по дороге, обращаясь к проезжающим грузовикам, решилась после того как был найден трактор, полный дизеля, который после неродолжительных уговоров согласился им поделиться. Потом состоялся совет, на котором обсуждался вопрос, следует ли идти красивую и интересную на вид Спити не смотря на то, что такая цель изначально не ставилась. Все были за, кроме конкретно-обстоятельного Бори, но он подчинился решению совета капитанов, постановившего, что маршрут начнется со Спити. По словам водителя, к Спити можно подъехать двумя путями: один мост практически под Нако, другой – несколько десятков км выше. Решили спускаться к ближайшему мосту. М. и я вместе с ней восприняли это с облегчением, т.к. М. стала себя неважно чувствовать в монастыре.



Довольно резво спустились к реке и встали на стапель около моста на небольшом песчаном пятачке среди валунов. По плану на ужин был козел: в виде щей и в виде жаркого. Тут нам открылась страшная правда. Вместо соли нашей бандой закупщиков была взята СОДА. Козел пенился в уксусно-содовом маринаде и имел невообразимо противный вкус. Щи немного удалось исправить, приправив их лаймом и солью. Жаркое, не смотря на все старания дубнинцев, было, к сожалению загублено. Спать пошли буквально несолоно хлебавши.

День шестой. Стапель и отъезд в Пух.





Шестичасовой утренний подъем в традиционном исполнении Борей вызвал довольно живой отклик. Рязанцы (Дима, Вадим, Игорь, Боря, Женя и примкнувшие к ним мы с Антоном) и равилевцы (Дима-Любер, Рома, Старый и Равиль) активно занялись постройкой катов, потом влючился и «Норд-Ост» и суда обрели очертания уже к завтраку – молочной лапше, которая показалась пищей богов после голодного ужина. Мобильные не работали, но со спутникового телефона все желающие отправили весточку домой и информацию для размещения на сайтах. Со сбором катамаранов уложились с часовым опозданием и в 14 часов все катамараны стояли под порогом перед мостом. Планировалось, что Спити может быть пройдена за 2 дня. Река текла очень резво и после выхода катамараны быстро скрылись за поворотом.



Мы выехали вслед на автобусе. Через несколько минут по рации нам сообщили, что «Норд-Ост» порвал катамаран и встал на починку, которая заняла почти все время до темноты. Шагаев сбегал к реке и вскоре вернулся, сказав, что поломка незначительная. Катамаранщики только успели перечалиться на другой берег и встали на стоянку за деревней с яблоневыми садами. Береговая группа отправилась в д. Пух, по местным меркам большой населенный пункт с парой гестхаусов.



В главном гестхаусе (Valley View) нам смогли предложить только 1 комнату и посоветовали переехать на другую сторону деревни, где был государственный гестхаус для официальных лиц. В целом, деревни за Главным Гималайским хребтом чище обычных индийских. Там меньше коров и буддийское население по нашим наблюдениям строже относится к чистоте, чем индуистское. Другое наблюдение – что индуистские храмы в Индии значительно чище подобных храмов в Непале нас озадачило. Мы переехали в указанный нам гестхауз и после недолгих переговоров нам удалось поселиться по 3 человека в комнате, каждая из которых стоила безумных по местным меркам денег – 1000 рупий. По дороге встретили безумного одиного американского велосипедиста, который просил нас вернуться обратно в Valley View, потому что стоимость номера 350 рупий была великовата для него. Долго думали почему. Кормить нас не стали и нам пришлось закусывать сухим пайком в комнате для почетных гостей. Гестхаус был вполне чистый, с горячей водой и электричеством для зарядки аккумуляторов, которое периодически отключали из-за того, что поселок снабжался от ГЭС, воды для которой в это время уже начинало не хватать. Спали, как обычно в подобных случаях, в спальниках на кроватях.



День седьмой. Стояние над Спити.


Утром после яичного завтрака, очередного пополнения запасов продуктов и починки обуви (3 рубля за зашитый тапок),





мы поехали искать нашу группу. По пути заехав на какой-то заправочный пункт около д. Каб мы узнали, что заправщик ушел куда-то на пару часов и поехали дальше. На стрелке Сатледжа и Спити мы уперлись в пробку, вызванную тем, что один из многочисленных грузовиков, груженых яблоками, не мог въехать на подъем от моста через Сатледж. Тут нас нашел мотоциклист Юра. Обстановка усложнилась ухудшением самочувствия М., которая опять отказалась ехать вверх. Мы с М. отпустили автобус с четырьмя оставшимися членами береговой команды и уже было собрались ехать обратно, как оказалось, что мы забыли в автобусе часть багажа. М. пошла пешком догонять автобус. Неожиданно нам подвернулась армейская машина (еще раз: 2 км до китайской границы по прямой!), которая согласилась нас бесплатно добросить до автобуса.




У меня сильно разболелась голова. Марину пустили в кабину, а я ехал в кузове с солдатами, с трудом удерживаясь при подскоках на каждой кочке от полета за борт. К счастью, автобус с ребятами мы нашли довольно быстро. Они едва проехали д. Ка, находящуюся в 7-8 км вверх по Спити. Удалось немного поснимать катамараны в каньоне. Остаток дня мы провели в автобусе, а Шагаев, Ирина и Антон сбегали к ребятам вниз чтобы отнести продукты. Ребятам в этот день не удалось пройти по реке больше 3 км, т.к. сложность препятствий заставляла тратить на них очень много времени. В компании Юры-мотоциклиста мы встали на ночлег в д. Ка. Планы перехочевать в дхабе (чайхане) не устроили нас, ключей от школы, где мы могли бы укрыться от холодного ветра, дувшего в этот день, местные авторитеты не нашли и мы устроились на ночлег с палатками на пороге школы, т.к. вся ровная поверхность земли в деревне была загажена ослами и козлами, а иногда и людьми.




Дров на такой высоте найти было уже малореально, пришлось купить их в палатке непальских гастарбайтеров по 50 рупий за охапку, как это ранее сделал Палыч по просьбе Шагаева для катамаранной группы. На сильнейшем ветру мы кое-как поужинали и легли спать. Во второй половине ночи ветер перестал и стало заметно теплее.

День восьмой. Ка и снова Пух





Утром мы неторопясь позавтракали, осмотрели школу, ключи от которой нашлись. Стырили дровину у местного. Местный пришел и утащил дровину обратно, но потом вернулся, принеся небольшое количество порубленных дров. Собрав все в автобус, мы двинулись в поисках удобной смотровой площадки для наблюдениями за катамаранщиками. Юра с Антоном тем временем выехали вверх по Спити смотреть монастыри. Дальше время остановилось. Мы сидели на краю дороги у обрыва над Спити под отчетливо-синим небом и смотрели вниз. Сколько это продолжалось я сказать не могу.



Состояние М. не улучшалось, а у меня поднялась температура и мы решили ловить машину, чтобы уехать в Пух до темноты. Пойманный нами при помощи Палыча извозчик добросил нас до Пуха (15-20 км) за 120 рупий (90 руб.). Приехали в Пух абсолютно без сил. На наше счастье в Пухе освободился номер в Valley View гестхаусе. М. убежала бронировать гестхаус, а меня оставила на грязной главной площади (и по совместительству – помойке) Пуха.



Я, ругаясь тащил 5 мест багажа, а крепкие киннаурские носильщицы как-то плотоядно зыркали на меня. Хозяином гестхауса был приятный парень непальского происхождения по имни Калцен. Номер слегка обветшалый, но чистый, с горячей водой и телевизором, полным индийскими фильмами и музыкой. При цене 450 зверобаксов (рупий) это было то что нам нужно. Кроме того в гестхаусе был единственная на поселок харчевня, где нас накормили замечательными блюдами, особенно удачен оказался куриный супчик с ячменной мукой.

День девятый. Пух.





В этот день у нас ничего не произошло. В сущности, мы вышли из гестхауса на 15-20 минут. Остальное время смотрели телевизор (особенно запомнился дублированный на хинди "Терминатор") и спали, восстанавлявая здоровье от высоты и автобусной тряски. Вышли смотреть на Пух, но единственная улица города оказалась короткой, а лазить вверх-вниз по ответвлениям не было сил. Обсуждали вопрос о том, чтобы уехать с маршрута, но, кажется нас обоих мутило при мысли о том, что придется трястись сутками в автобусах, что надо будет вернуться для сплава по коммерческому участку, а в этом случае дорога туда и обратно займет неделю. Решено было остаться. Связались с основной группой. Они сообщили, что Спити пройдена и мы условились о встрече на верхнем участке Сатледжа.

День десятый. Пух-Даблин





В это утро мы снова не торопились. У Калцена (управляющего гестхаусом) мы узнали, что автобусы из Пуха выходят в 12 и в 13 часов и мы решили воспользоваться ими чтобы спуститься к дороге, т.к. Пух находится в нескольких сотнях метров над дорогой. После завтрака и сборов мы дошли до автобуса в 11-30. Мы подождали полчаса, постоянно толкаемые и пинаемыми бесцельно снующими туда-сюда местными жителями, которые на нас пялились как в российской деревне пялились бы на негра. Водитель автобуса, который поначалу ошивался вокруг автобуса куда-то исчез. М. начала уже вставать в боевую стойку, когда в 12-30 водитель вылез из близлежащего магазина по продаже электрики и электроники после просмотра крикетного матча. Крикет (что-то типа бейсбола, не путать с крокетом), между прочим, для индийцев – примерно то же самое что футбол для итальянцев. Однажды мы наблюдали как за сборную Индии болело все кафе, включая дам бальзаковского возраста.



Долго ли, коротко ли, довез этот автобус нас до трассы и... всё. Попутных машин нет. Мы взяли наш багаж и тихим шагом пошли по дороге по направлению вверх по реке. Пройти нам удалось довольно много, пока одна из попутных машин нас не подобрала. Машина везла бригаду строителей, мешки с щебнем и хозяина этого богатства в Даблин. Как обычно, М. разместилась в кабине, а я – в кузове. Проехав пару километров, мы остановились у военной базы, т.к. рабочие пожелали накормиться в военной столовке. Кормежка подолжалась минут 15. Потом мы поехали, подобрав около базы еще пару местных оболтусов. Поехали мы недалеко. Машина обогнала какую-то девушку и затормозила. Из машины вылезли оболтусы и водитель и пошли общаться с девушкой. Ручник машины, по всей видимости был растянут и она плавно катлась вниз по дороге к обрыву. На замечание по этому поводу владелец среагировал только после 5 повтора. Он ответил: «It’s not a car, it’s a jeep». Собственно этим дело и ограничилось. В пропасть мы, конечно не сползли, но осадок остался. После того как оболтусы и водитель обсудили свои проблемы с девушкой, мы снова двинулись и минут через 5-10 уже были в Даблине. Хозяин хотел повести на до нашего автобуса, который должен был находиться между Даблином и стрелкой Сатледж-Спити по информации полученной от основной группы.Водитель отказывался. Рабочие радостно копошились в бытовке. Не дождавшись, чем закончатся разговоры, мы снялись и пошли пешком далее. Скоро нас подобрала толпа веселых тибетцев на джипе, согласившись нас подвезти. При этом, чтобы освободить мне место один мужик сел на колени другому. Можете себе представить такую ситуацию у нас или в Европе?



Наших мы нашли в удачный момент. Они как раз готовились проходить верхний водопад. В составе команд катамаранов тем временем произошли изменения. Шагаев сел на свое место на рязанском кате, а Женька был депортирован к Норд-Осту вместо поврежденного на Спити Потапыча. При этом капитанство там перешло к Жуку. Посли неимоверно долгого "дрочева" над порогом и хождения взад-вперед, первыми пошли водопад (около 5 м) рязанцы. Они нас сильно удивили, протиснувшись в левую протоку, которую трудно было разглядеть с нашего берега и мы с Потапычем спорили, габарит там или нет. Норд-Ост и Равиль пошли правой протокой, тоже чисто отработав на заходе и в сливе. Связались с группой по рации и договорились встать на стоянку на булыжниковой косе под Даблином. Стоянка была примечательна еще и довольно стремным спуском с дороги, по которому мы носили вещи и где сыпались камни. Сплавная группа была в полной эйфории и довольно усталая.



День-11 Прогонный участок. Встреча с 4-м катамараном.


На начало десятого дня диспозиция была следующая: мы находились в начале более или менее спокойного участка. Два дня до того нам звонил наш менеджер из HPTDC, ругательно ругавшийся на ту тему, что наши друзья, составлявшие 4-й катамаран потерялись и мы должны теперь платить ему неустойку. Чувака послали (к Шагаеву). Накануне друзья нашлись, сказав, что проторчали в аэропорту 2 часа в поисках встречающих, но таковых не обнаружилось и они отправились к чек-посту своим ходом на съемных машинах. Таким образом на начало 10-го дня они стояли лагерем в районе чек-поста. Дойти до него и было задачей дня под номером 10. Возрастные зубры нашей команды устали за Спити и верхний Сатледж, Пожилому повредили спину, поэтому в состав сплавной команды были включены всякие отбросы общества, например аффтар. Компанию на носу мне составил Антон, на корме сидели Юра-мотоциклист (ака Настин Папа), обнаруживший пятерышный сплавной опыт в своем бурном прошлом и капитан - Вадим Черемушкин. Из развлечений этого дня было ожидание некого восьмиметрового водопада, о котором вроде как говорил Палыч. При подвернувшемся случае Палыча я допросил и из сбивчивых рассказов понял, что он имел в виду, что при подъеме воды до паводкового уровня на щеках около Даблина появляется перепад до 8 м. Сейчас вода была там ровная как зеркало. Мы отнесли вещички по стремной тропе в автобус и вскоре стартовали.




Сплав начинался с порожка у лагеря, который на других реках мог оказаться в числе основных препятствий. На Сатледже он был бы не достоин отдельного упоминания, если бы не был моим первым порогом на этой реке. Как водится, мы сделали медного всадника, но с достоинством снялись и больше не занимались подобными глупостями. По началу река текла весьма весело среди узкого ущелья.




Попадались порожки 3-4 из которых были веселыми, а один - очень веселым, с обилием камней, сливами и довольно жестким треком (проход под правым, потом в центр, потом правым). Вадим периодически путал лево и право, но мы к главному порожку уже сгреблись, выучили стороны и хорошо отработали этот участок. Затем был участок для алкорафтига (следуя выражению Жука). Главной заботой было отгребаться от прижимчиков, который хоть и не грозили переворотами, но вполне могли потереть кат о скалу, что могло сказаться на его целостности. Вадим изрядно перестраховывался, то и дело сдергивая своими командами кат со струи, из-за чего приходилось лопатить, но наша команда была самой свежей и мы не сильно отставали.



Часам к 14 мы достигли места нашей первой дикой стоянки и вскоре увидели чек-пост, где наши по рации приказали нам чалиться на противоположном берегу за мостом. Там уже стояли палатка и полусобранный катмаран последнего экипажа. Мы были очень рады Сашке Маркову, другие тоже оказались классными ребятами. Палило солнце, что было очень кстати, потому что вода была довольно холодная и в отсутствие порогов на последних 10-15 км мы успели подмерзнуть. Остаток дня капитаны посвятили разведке, а остальные - моральному разложению и готовке вкуснейшего вегетарианского (с подачи Ирины) ужина из овощей и фасоли.
День 12. Начало каньона. Реконг Пео.



Мы стартовали от чек-поста. С легкой душой человека, урвавшего хоть немного сплава, я снова сменил место на катамаране на место в автобусе. До начала каньона было километров 12 и мы поехали на первый порог каньона, расположенный в пределах деревеньки для организации съемки и зарядки батарей видео и раций. Заходное препятствие каньонного участка, разведанного капитанами накануне, представляло собой довольно крутую длинную горку в пене с обилием камней и сложной линией движения. Нам "повезло". Приехав в назначенную деревню мы обнаружили, что света нет. Проехав еще пару деревень и хуторов мы поняли, что свет нет во всей долине и ближайшей точкой с независимым от прочей долины снабжением электроэнергией должны быть Реконг Пео, райцентр Киннаура, расположенный в стороне от реки на высоте под 3000 м, и Повари, деревенька на реке под Реконг Пео. Там же находились и ближайшие заправки, о которых уже пора было начинать думать. После недолгого обсуждения Потапыч отдал приказ выдвигаться в сторону Повари, по дороге же мы сменили план и свернули в Реконг Пео, где кроме бензина и электричества был рынок для закупки продовольствия и штанов для Антона, кафе и прочие блага.




Реконг Пео представлял собой довольно большую грязненькую деревню с обалденными видами на горы с другой стороны реки. После недолгих поисков мы упали в каком-то кафе, откуда нас быстро попросили в номера, т.к. мы заказали пива, а у держателя этого кафе-гостиницы, по всей видимости, не было лицензии на торговлю пивом. Пока нам несли обед, часть нас отправилась на закупку кур. Оказалось, что "нечистый" мясной рынок расположен отдельно от рынка прочих товаров. Поплутав по поселку, мы нашли мясные лавки все на той же главной дороге. Мясной рынок можно было определить по стае собак, сидящих на ступеньках дорожки, ведущей к нему. Выбор на рынке был богат: в основном - между тощими и толстыми курицами. В качестве альтернативы предлагались туши козлов. После истязания предыдущей туши козла, бренные вонючие остатки останков которого были приготовлены мной только под Даблином спустя почти неделю издевательств после убиения несчастного животного, я думаю, что даже самые заядлые мясоеды не сильно хотели бы повторить опыт с козлом. Итак, мы купили самых крупных убитых курей (как альтернатива в клетках были и живые) в самой чистой лавке. Торговли вопреки ожиданиям не получилось, едва удалось получить в придачу сумку для переноски добытых тушек. Цена на кур была на уровне московской - 160 руб./кг на наши деньги.




Тем временем остальная часть береговой группы наслаждалась супом, кари и пивом в номере гостиницы. Одна из картофелин в карри оказалась с "мясом" - каким-то крупным насекомым. В остальном мы остались довольны обедом и, в частности местным пивом с тибетским названием, которое я уже успел забыть.



Потом мы отправились обратно к автобусу, по пути закупив хлеба, овощей и фруктов (лаймов!) для всей группы. Антон пошел покупать штаны и пропал. После долгих поисков он был найден укурившимся с водителями автобусов весь в радужных ощущениях. Мы стартовали, но оказалось, что Палыч не успел заправиться пока мы жрали, поэтому мы потратили некоторое количество времени на заливку дизеля. На обратной дороге Антон спал, остальные с интересом, притупленным обедом и безделием, смотрели пороги. Наших мы нашли на мосту, там где договаривались встретиться утром. Они были голодные, злые и кусались. А мы были сытые и виляли бы хвостами, если бы у нас они были бы (гусары, молчать!). Резюме сплавной команды было такое: они дошли только до моста, ибо ниже моста было весьма сложное препятствие, на котором выставить страховку было проблематично. Порог до моста тоже прошли не все экипажи. Под ругань сплавной команды мы помогли им поднять каты и инициативная группа пошла ловить грузовики для перевозки их на место стоянки ниже порога. На правом берегу грузовики не ловились. С обоих сторон моста была пробка, т.к. мост был однополосным и по нему одновременно могла проезжать только одна машина. Так короткими перебежками мы перенесли катамараны через мост, на левом берегу мы легко нашли пару грузовиков, погрузили два оставшихся ката на автобус по проехали километр-полтора до места стоянки. Место стоянки было весьма экзотическим. Спуск был довольно ровным, но скользким. Со стороны дороги булыжниковый "пляж" ограничивал камень размером с трехэтажный дом. За камнем выше по течению было место для сожжения и были заготовлены дрова, которые Юра-мотоциклист стал перетаскивать на наш костер. Народ это покоробило и дрова вернули на кладбище. Я весь вечер зачем-то пилил бревнышко, которое мы жгли с вечера до утра. Вечером Шагаева пробило на объяснение политики партии пьяному активу "Норд-Оста". "Норд-Ост" так воодушевился, что даже любящий поспать утром Юрочка поднялся на следующий день ни свет ни заря с активом сплавной группы на просмотр каньона.




настроение: Усталое


БЛОГ http://blogs.mail.ru/mail/kirilliq




    © taganok.ru 2007. Перепечатка материалов или публикация в сети интернет только с разрешения авторов и обязательным указанием сайта taganok.ru

                    Экстремальный портал VVV.RU удаленная проверка сервера uptime российских хостеров Клуб Хронических Водников


    Видеосъемка HD и монтаж, создание слайдшоу, детские утренники. Рязань.