Russian porters at Humla Karnali

Над городом стоял плотный смог, а чуткий нос европейца улавливал тяжелые запахи чуждой биосферы. Огромное количество народа и повсеместная ужасная антисанитария дополняли картину дня - мы в Индии. Здесь, в аэропорту Дели начинается экспедиция российской команды туристов-водников в Непал на реку Карнали.

Истоки Karnali находятся в Тибете, в районе горы Kailas - святого места для буддистов и индусов, которые считают ее центром мира, и на которой берут начало четыре основные реки - Karnali, Indus, Sutlej, и Brahmaputra (Tsangpo). Karnali имеет длину около 500 km, течет строго с севера на юг и является одной из основных на Западе Непала. Эта река интересна для сплава, благодаря, на удивление, постоянному, равномерному уклону от вершин Гималаев до Индийской Равнины. Этим обусловлено наличие только нескольких относительно спокойных плесов и нескольких непроходимых участков - что исключительно редко встречается у рек с такой длиной и уклоном. Особенно красива Humla Karnali (верхнее течение реки), над берегами которой, покрытыми сосновым лесом, возвышаются высокие пики гор, на многие из которых пока не ступала нога человека. Глубокое и непроходимое ущелье, начинающееся ниже впадения левого притока Lochi Karnali, создает естественный барьер, изолирующий верхнюю долину Humla Karnali. Ниже этого места пейзаж беднее, долина шире и вдалеке видны высокие горные хребты, являющиеся отличительной особенностью Западной окраины Непала. Этот тип пейзажа сохраняется до места впадения левого притока Lohore Khola. Ниже по течению снова встречаются различные типы пейзажа - глубокие каньоны, малонаселенные и ненаселенные территории, часть самых нетронутых древних джунглей Непала и изобилие диких животных.

Долина реки Karnali один из исторических торговых путей между равнинами Индии и плоскогорьем Тибета. Китайское вторжение на Тибет и последовавшее за ним закрытие границы стало значительным затруднением для непальских торговцев и крестьян на этом древнем торговом маршруте.

Humla Karnali ниже Simikot имеет расход в ноябре около 80 м3/с и выглядит узкой горной рекой. Дальше река становится все больше; притоки Lochi и Mugu Karnali добавляют где - то 35 м3/с каждый, и в районе Kolti расход составляет уже около 180 м3/с. Ниже левого притока Tila река имеет расход 240 м3/с и наконец, после впадения притоков Seti и Bheri, расход достигает 630 м3/с, которые достигают Индийской равнины в районе Chisapani.

После успешной прошлогодней экспедиции на Сатледж состав команды практически не претерпел изменений: из 12-ти человек было только двое новичков. Организатором и идейным вдохновителем стал небезызвестный Дмитрий Шагаев. Рядом с его, рязанским экипажем, шли два наших, московских – экипаж команды «Норд-Ост» и сборный экипаж Р.Айбатулина (bastards, kat2.ru). Параллельно на реку забрасывалась и группа каякеров во главе с Олегом Головкиным.

Заброска через Дели стала экономически выгодным вариантом, по сравнению с Катманду. Билеты в оба конца на Turkmenistan Airlines нам обошлись всего в 15000 рублей, плюс, что немаловажно, известное лояльное отношение к перегрузу как в Домодедово, так, в особенности, и в Дели. К тому же городок Непалганж, начальная точка заброски в верховья Карнали, является практически равноудаленным как от Катманду, так и от индийской столицы.

После прошлого года Индией нас уже удивить было трудно, и почти двадцатичасовой переезд до границы с Непалом прошел незаметно. Наутро было экзотическое пересечение границы на велорикшах. Понятие границы здесь весьма условно: ни по строениям, ни по людям, ни по другим признакам никаких различий между странами не видно. Два блокпоста, где нас попросили соблюсти некие формальности и поставили штампики о выезде из одной и въезде в другую страну. В кузове грузовика доехали до окраины Непалганжа и разместились в гостинице возле аэропорта. Заброска в верховья реки Карнали, в поселок Simikot осуществляется на маленьких самолетах местных авиакомпаний, в частности Sita Air. Нами рейс целиком был оплачен еще заранее из Москвы, но представители авиакомпании были, тем не менее, удивлены нашим присутствием в их офисе, и им пришлось созваниваться с Катманду, откуда, все же, в скором времени подтвердили правомерность наших претензий на перелет. Самолет берет на борт весьма ограниченное количество багажа и пассажиров, и поэтому еще дома мы очень тщательно подошли к взвешиванию и отбору личных вещей и снаряжения. В офисе Sita Air нам удалось еще выбить лишних 50 кг на провоз провизии, поскольку не совсем были уверены, что сможем что-то купить в Simikot или на реке. Правда, следуя старой русской традиции, мы просадили 20 кг на канистру рома, справедливо полагая, что без еды-то прожить можно, а без спиртного долгими непальскими вечерами будет совсем грустно.

Вылет был назначен на раннее утро. Вечером из Катманду! был прислан летчик, т.к. кроме него никто не мог посадить самолет на полосу Симикота (как нас уверили). Самолетик нас впечатлил: очень маленький, два ряда узких кресел, всего 14 мест, отсутствие двери в кабину пилота, пару багажных отсеков – летать на подобной «этажерке» многим из нас еще не доводилось. Полет занял около 45 минут, из иллюминаторов открывались потрясающие виды на окружавшие нас горы, под нами были ущелья Карнали, впереди белели семитысячники. Заход на посадку... - кажется, что мы не успеем оттормозиться – настолько короткой кажется сверху взлетно-посадочная полоса Симикота. Полоса и вправду оказалась «полосой» - обычной грунтовкой, разравниваемую мотыгами, и с уклоном, чтобы естественным путем гасить скорость.

Река струилась тонкой лентой почти километром ниже нас. После небольшой докупки провизии, которой оказалось совсем негусто даже в таком большом по здешним меркам поселке как Симикот, нанимаем портеров и за несколько часов серпантинами спускаемся к месту стапеля. Воды в реке навскидку порядка 30-40 кубов. Сказать, что вода холодная – не сказать ничего: она просто ледяная. Выше по течению просматриваются завальные участки, что также было отражено и в описании.

«Участок выше поселка Simikot не является непроходимым, но, несомненно, требует береговой поддержки, большого количества просмотров и обносов. Если политические границы когда - нибудь позволят, то было бы вполне возможно начинать сплав на каяках в Тибете от озера Manasarowar, сделать радиальный выход к горе Kailas, затем продолжить сплав по Karnali с высоты Тибетского плато через весь Непал до равнин Индии!»

Первые несколько километров не предвещали ничего плохого – спокойная река в окружении поросших деревьями берегов. Но дальше Карнали начала падать каскадами завальных порогов: негабариты перемежались с откровенными участками «мини-карагемов». И если каякеры местами и пытали свое счастье, то для нас приговор был подписан заранее: обносы. Вдоль реки на всем ее протяжении идет тропа, по которой и сообщаются жители верхнего и нижнего течения. Но вы можете себе представить, каково идти по ней просто пешком или тащить на себе катамаран. Нас просто спасли разборные поперечины, на которых так настаивал Шагаев – таскать по склонам целиковые суда было бы просто уму непостижимо. Первый обнос длиной километра полтора занял половину первого сплавного дня. Наутро, буквально через пару «пятерочных» порогов приезжаем в монументальный второй завал. Накрапывает неожиданный для этого времени года дождик, задрав голову, видим, что метрах в трехстах выше нас в горах выпал снег. Несем вещи, потом возвращаемся и несем каты. На этот раз обнос раза в два длиннее вчерашнего. Местами тропа обрывается участками сыпух; приходится натягивать веревки и переправлять располовиненные каты. Понимая, что не все успевают дотащить свои суда до конца завала, бросаем их на тропе, забираем вещи и идем уже в темноте на более - менее пригодную стоянку для лагеря. Народ порядком «прибалдел» от такого начала маршрута.

Назавтра, до обеда завершаем обнос, Дима же в это время бежит ниже по течению в разведку до следующего завала. К нашему облегчению он всего лишь протяженностью 400 метров, что не может не радовать по нынешним меркам. Сплавляемся до него и ночуем на галечнике сразу за завалом. Канистра с ромом опустела наполовину, что начинает вызывать некоторые опасения в рядах спортсменов, поскольку ром является единственной отдушиной по вечерам после утомительных обносов. За эти три дня все вымотаны и напряжены. К такой ситуации на реке мы были не совсем готовы. Каякеры ушли вперед по реке – у них скорость передвижения выше нашей. На притоке Mugu Karnali они должны будут оставить нам записку. Несмотря на жаркую погоду днем, ночами уже заморозки, катамараны по утрам покрыты инеем. Учитывая, что идем без палаток, а только с тентами и вдобавок с легкими спальниками, приходится надевать на себя все теплые вещи и зарываться с головой в спальник. Встаем с рассветом, в шесть утра и до сумерек на реке или на тропе обноса. Уже начали выбиваться из графика. Что же будет дальше?

С утра въезжаем в первый стоящий порог на нашем маршруте. Несмотря на кажущуюся его простоту с берега, нас хорошенько в нем прополоскало. Все взбодрились в ожидании настоящего сплавного дня, но чуда и на этот день не произошло. Через несколько сотен метров упираемся в не просматриваемый до конца с нашей стороны порог с затыкающим камнем на выходе. Перечаливаться и лазить по другому берегу не хочется и рязанский экипаж первым уходит в порог в надежде слиться левее «затычки», но катамаран скидывает вправо. Остальные экипажи уже отрабатывают правый вариант прохождения. После порога над рекой нависает подвесной мост, после которого река уходит в очередной завал. Обнос недлинный, порядка трехсот метров, но тропа поднимается высоко и идет по склону метрах в ста над рекой. Отточенными уже манипуляциями разбираем суда и по жаре начинаем привычную для нас игру в портеров. После обноса, порядком разомлевшие от солнца, спускаем с помощью основной веревки катамараны вниз, проходим мощный, но короткий порог и на каменистой отмели разбиваем лагерь, поскольку уже вечереет, а дальше стены ущелья опять сжимаются.

Наутро, отплыв метров 50, чалимся перед следующим порогом и опять попадаем в засаду: основная масса воды валит в затыкающие большую часть русла глыбы, образуя ловушку для всего живого, что туда приедет. Один экипаж стартует сразу за глыбами, два несутся еще ниже по течению, занося вдобавок и следующий порог. Ущелье расширяется, и появляются надежды на сплав, но на следующем повороте русла снова нагромождение камней сигнализирует об очередной заднице. Порог двухступенчатый. Первая заканчивается водопадным сливом, который хочется и можно прыгнуть, но всех обламывает идущая практически сразу вторая ступень, представляющую горку, запертую грядой камней, куда и валит основная масса воды. При наличии времени можно выставить надежную страховку и пройти водопадную ступень, но времени в обрез и принимается решение быстро занестись и гнать дальше. Проезжаем довольно бодрую плюху в финальной части порога и катимся ниже. На протяжении двух – трех километров фановый сплав по крупным шиверам, все идется сходу. Ущелье немного расширилось, берега поросли хвойным лесом. Уже почти в сумерках находим хорошую полочку для ночевки. Вечером видели крупное животное, очевидцы утверждают, что это леопард.

Следующее утро ознаменовалось настоящим, примерно 15-ти километровым сплавным участком с мощными шиверами. На старте «добрыми» детишками с противоположного берега мы были обкиданы камнями примерно с двухсотметровой высоты. О последствиях попадания чего бы то ни было летящего с такой высоты в нас, дети видимо не задумывались. Хотя предполагаем, что делалось это не со зла, т.к. в прямых контактах все аборигены держатся очень дружелюбно и видно, что мы для них представляем такой же интерес, как для индейцев Америки представляли испанские первооткрыватели. К 11-ти утра дошли до крупного поселка Sarkegad с подвесным мостом.

«Следующие 10 км сплава - это относительно спокойный и очень красивый участок 3 - 4 категории, который приводит вас к месту слияния с Lochi Karnali и первому большому ущелью.

Это ущелье - кульминационный момент верхнего участка маршрута: недоступное, с 500-метровыми стенками. До того, как его прошли в 1987, никто не знал, что там. Ущелье было похоже на затерянный мир с экзотической фауной. Прохождения (класс 5) и обносы были сложными и тяжелыми, но успешными. Вероятнее всего, потребуются 4 обноса, 2 совсем коротких и два длиной метров 300 'вверх - вниз', возможно придется использовать веревки»

«…на следующих 3 километрах река упрощается до класса сложности 4- и вы приплываете к месту, где основная тропа возвращается к реке, перед поселком Thumche. Обратите внимание, что основная тропа обходит ущелье, срезая угол, и идет по горам, где - то на 1000 метров над рекой, проходя через деревню Jair. Это не показано корректно на большей части карт. Это весьма удобно - вы можете расстаться с вашими портерами в Sarkegad утром и встретиться с ними в Thumche вечером»

Учитывая, сколько мы потеряли времени и сил на обносах на верхнем участке реки, понимаем, что в этом ущелье мы можем застрять на несколько дней, что недопустимо для нашего графика, и принимаем решение с помощью портеров уйти по тропе через горы в обход ущелья. Но сначала мы не сходимся по цене с портерами (при всем нашем желании у нас уже просто не хватает непальских рупий, а доллары они в глаза не видели!), потом выясняется, что никакой тропы через горы нет, а есть только по ущелью вдоль реки. К этому моменту у нас уже располовинены и сдуты каты. Наши мысли в отношении дальнейших действий в совокупности с загадочностью предстоящего участка вводит нас в некий ступор, из которого выводит Шагаев, скомандовав брать рюкзаки и выходить пешком по тропе, совместив разведку с обносом вещей, на случай если все-таки придется тащить каты по берегу. В итоге до темноты мы прошли по тропе 15 км до входа в ущелье и на километр углубились в него, причем последние из нас доходили уже в темноте по узкой каменной тропе, вырубленной в скале почти в сотне метров над рекой. О целесообразности такого пешего перехода теперь можно долго спорить, но на тот момент мы еще не знали, как высоко и далеко над рекой идет тропа, и можно ли будет на нее выбраться перед ущельем или в нем самом. Сейчас же, видя, что начальный участок ущелья не так страшен, и что прямо по борту ущелья пробита тропа, мы разбиваем базовый лагерь, и наутро восемь из нас отправляется обратно в Sarkegad, чтобы собрать и сплавить катамараны минимум до лагеря, а остальные участники идут на разведку ущелья (третий катамаран решено перевезти на рамах первых двух). Участок ниже Sarkegad (4-5 к.с.) оказался не таким уж прогонным, как это могло показаться с тропы. Возможно, свою роль сыграли сдутые половинки рязанского ката, которые мы, шутя, назвали «крышками гроба», поскольку они занимали все межпалубное пространство и к тому же в первом пороге быстро заполнились водой. Как бы то ни было, но вода нам показалась очень жесткой и в бочках нас придерживало. В это время Шагаев пробегает вдоль всего ущелья по тропе до самой деревни Thumche и предлагает всем с утра обнести первых пару километров, на которых расположены пару завальных порогов и один «шестерочный», и стартовать все-таки дальше в ущелье по воде, т.к. никаких «…обносов по скалам вверх-вниз 300 метров…», несмотря на пару не просматриваемых кусков каньона обнаружено им не было. Несмотря на сегодняшний День рождения Бориса, вечерние мысли были не самые радостные: за семь ходовых дней из четырнадцати пройдено только четверть маршрута, впереди еще порядка 150-ти км, на которых выделяются протяженные участки 5 к.с. по международной классификации. Не зная характера этих препятствий и береговой обстановки, навещают идеи о том, что возможно придется оставлять катамараны и уходить по тропе вниз, чтобы уложиться в положенные сроки и успеть на самолет.

Совершая с утра обнос, облизываемся с высоты тропы на длинный «шестерочный» порог, который на наш взгляд интересно было бы пройти, но Дима решает, что мы потеряем на нем много времени. На деле же все выходит наоборот: очередной обнос многих просто добивает, и, дойдя до места старта, у большинства не остается ни сил, ни желания вставать сегодня на воду и идти по «шестерочному» ущелью, да еще и с шансом упереться в какой-нибудь непроход, и ночевать, цепляясь за стены. Одно радует: прорезая ущелье, Карнали резко поворачивает на юг и становится доступной теплым воздушным массам, что сразу же начинает сказываться на климате – ночи стали теплее, по берегам появились пальмы и кактусы.

К нашему удивлению и радости в ущелье больше не остается сколь - нибудь значимых препятствий, и через два-три километра несложного «четверочного» сплава, река вырывается из сумрака ущелья. Очень красиво раскинулся поселок Thumche на двух бортах узкой долины: все как будто сияет на солнце и радуется жизни.

Карнали, благодаря притокам, довольно резко стала набирать воду, пороги и шиверы стали мощнее. Фановый сплав 4-5 советской категории часто перемежается с прогонами. Вокруг все безумно красиво. На стрелке Humla Karnali со своей второй крупной левой составляющей Mugu Karnali находим послание от каякеров, что с ними все хорошо, и они идут перед нами. После еще одного значимого притока Khatyar Khola встали лагерем на окраине чьих-то огородов. Стала появляться надежда, что мы все-таки не безвылазно застряли где-то на западных окраинах Непала, а сможем пробиться к намеченной цели.

«...до впадения левого притока Mugu Karnali. Далее идет фоновый сплав 3 категории с парой четверочных порогов, мимо места впадения левого притока Khatyar Khola, и в конце концов достигаете длинного 5-километрового участка 5 категории сложности, начинающегося после отворота от основной тропы, идущего к аэродрому Kolti. Местные жители пробовали убедить обнести его, нося вокруг нас наши лодки - но мы сделали героические лица и отказались от того, что нам любезно предлагалось, но на всех нас лица не было после прохождения - пережитое переполняло нас! Мы значительно недооценили, насколько больше и мощнее стала река».

С утра идем больше часа в ожидании этого сложного участка. Река спокойно и величаво течет между хребтами, ничего не предвещая. На очередном спокойном вроде бы повороте Карнали начинает куда-то валиться. Просматриваем и убеждаемся, что мы достигли описанного участка шестерочных порогов. Река очень резко стала полноводнее, мощнее и злее. Добавившие воды притоки, сделали реку просто неузнаваемой по сравнению с предыдущими днями. Практически стокубовый водный поток валился перед нами через крупные глыбы, образуя в струе очень неслабые котлы и бочки. Попытки первого судна выдержать намеченную с берега линию движения ни к чему не привели – катамаран просто смело напором воды в центр русла, и экипажу пришлось отрабатывать запасной вариант прохождения, сливаясь в котел с подушки центрального камня. Насколько же мощнее и жестче стала вода...

Стали идти осторожнее, понимая, что, влетев в подобный порог сходу, можно полечь в два счета. Очередное мощное препятствие не заставило себя ждать, представляя отвесный слив поперек всего русла с крутопадающей горкой в конце с хаотично расположенным набором злых бочек, который после просмотра проехали правым краем. Какими же маленькими и утлыми смотрелись почти четырехтонные катамараны на фоне этой вспененной субстанции. Ущелье нам подарило еще два запоминающихся порога из разряда «big volume», которые мы честно ехали по центрам, чтобы проверить свои каты на профпригодность. Носовым порой приходилось отплевываться пеной после бочек, но в целом можно отметить, что для нашего типа судов препятствия 5 к.с. (международной) этой (более полноводной) части реки стали комфортнее, нежели те же препятствия 5 к.с. в верхней, пусть маловодной, но сильно замусоренной камнями, части реки.

В этот же день прошли еще и довольно длинный участок спокойной воды, мимо поселка Thirpu, остановившись на ночь в черте следующего поселка, где начиналась цепь следующих мощных препятствий. Начинают сильно доставать аборигены, которые с одной стороны никакого ущерба не приносят, но напрягают своим постоянным присутствием. Исчезают они с наступлением темноты, от которой за неимением света шарахаются по своим убогим жилищам. Впервые за весь поход от местных удается добиться продать нам что-то существенное из съестного и спиртного, кроме печенья и лапши. Вечером жируем курятиной и ромом; наша канистра опустела еще несколько дней назад.

«...Несколькими километрами ниже река становится более интересной, появляются короткие участки класса сложности 4+, такая вода сохраняется на следующих 12 километрах. Следующие 8 километров одни из самых сложных на реке и будут требовать частых просмотров и, вероятно, нескольких обносов...»

Так как четких ориентиров в описании нет, то мы идем по порогам в надежде, что уже находимся на этих 8-ми километрах. Участок весьма похож на тот, что мы шли вчера с утра – редкие, но мощные пороги с протяженными прогонными участками. С каждым препятствием возрастает уверенность, что это и есть те самые сложные 8 км, которые мы вот-вот преодолеем, пока не врубаемся в полную «White water mother fucker». Это понятно и по сжимающимся берегам, и по береговой обстановке, и по уходящей далеко к горизонту дорожке «белой» воды. Рязанский экипаж, завидя это, принимает решение обноситься, благо, что тропа идет рядом. Два московских экипажа начинают пробиваться по воде. На протяжении нескольких километров Карнали пробивает себе путь в узком ущелье, образуя целую цепь практически непрерывных сложных мощных порогов с крупными валунами в русле, большим падением и большой водой с присущей ей атрибутикой в лице «котлов», «бочек» и прочей турбулентностью. Не имея времени на выставление страховки и фото-, видеосъемку, проходим препятствия тандемом, попеременно меняясь местами. Стараемся все просматривать с берега, но в местах, где с наплыва видна полоска спокойной воды за порогом, прыгаем сходу. К какому-то моменту нам даже начинает надоедать нескончаемая череда порогов, на просмотры начинают подзабивать все, кроме двух капитанов судов, которым это вменено в обязанность изначально. Попутно выискиваем на тропе вверху экипаж Рязани, соревнуясь подспудно, кто же придет в итоге первым: мы по воде или они посуху. После очередного порога, где линия движения не просматривается с нашего берега, а на другой перечаливать нет ни места, ни желания, и который мы прыгаем, ориентируясь на чутье через какие-то косые бочки и нагромождения камней и внезапно осознавая, что опасность оверкиля уже совершенно не страшит, стены каньона расширяются, а течение совершенно успокаивается. Отдыхаем в блаженной истоме, справедливо полагая, что сложнейшее на реке ущелье пройдено. Здесь же воссоединяемся с чуть приотставшим третьим катом, который спустился на воду с тропы во второй половине каньона, и находим уютную полочку для ночевки на противоположном от тропы берегу. Проводим вечер, наслаждаясь звуком джунглей, звездным небом, потрескиванием дров, растекающимся по организму ромом, тихо журчащей рекой и поднадоевшими, но такими родными лицами вокруг костра.

И ничего не предвещало продолжения...!

Наутро же, буквально отплыв несколько сот метров, в предвкушении спокойного выката в долину, упираемся в один из сложнейших порогов на маршруте. Крупные глыбы, разбросанные по руслу, при большом падении и мощной воде вызывают ощущение белого хаоса и оставляют единственный относительно безопасный путь вдоль правого берега. Рязанцы не рискуют и быстро заносятся, москвичи долго смотрят и обсуждают. Находятся семь желающих, один из которых должен будет пройти порог дважды. Первыми едут «Норд-ост», из последних сил уходят со струи в правую часть русла и до боли обидно «ложатся», упав с высокого камня лагом. Но все в «периметре», и они без паники сливаются вдоль скалы правого берега, проезжая, правда, сильно далеко от страховки и уйдя ниже по течению. На второе прохождение кворума уже не набирается. Еще несколько километров в красивом, но почти спокойном каньоне, и слева впадает Tila River –ориентир окончания сложных препятствий на реке Карнали, время для поздравлений и пива.

Но и здесь «не тут-то было» - чуть ниже, при прокладке автодороги, которая здесь подходит снизу и дальше уходит в сторону вверх по притоку, образовался ряд «взрывных» порогов. В одном из них, в сужении, где весь поток сжимается до ширины нескольких метров, айбатулинский катамаран уходит в слив целиком с кормовыми гребцами.

Заканчиваем сплав на следующий день после утомительного 25-ти километрового прогона в месте слияния с Lohore Khola, и в тот вечер уезжаем в кузове попутного грузовика в городок Surkhet. Кто не знает всех прелестей восьмичасовой ночной тряски в кузове разбитого непальского рыдвана – очень рекомендуем. Московская толкотня и пробки вам покажутся ничем по сравнению с тем адом, что мы пережили. Оставшийся свободный день мы отвели на прогулку по национальному парку, где могли наблюдать некоторых представителей местной флоры и фауны, после чего закатили вечерний пир, отмечая завершение маршрута. Далее нам предстояла двухдневная дорога до Дели и перелет домой, в зимнюю Россию из жаркого Непала.

Увы, мы не успели пройти нижнюю, рафтовую часть Карнали, протяженностью 180 км, но этот участок, исходя из описаний, существенно проще верхнего и среднего течения реки, и не ставился нами в приоритет для прохождения, а рассматривался только как приятный «выкат в цивилизацию» в случае наличия свободного времени. Цель же экспедиции была достигнута – российскими туристами-водниками изучены и пройдены основные 200 км реки Карнали – основной водной артерии Западного Непала.

Айбатулин Равиль.
ноябрь-декабрь 2008 г.

Состав команды:
Рязань: Д.Шагаев, И.Зудин, Б.Гусев, Е.Ильин
Москва «Норд-Ост»: А.Потапов, Р.Пиценко, С.Суслов, Ю.Папко
Москва, «Bastards»: Р.Айбатулин, А.Смирнов, К.Иванов, А.Викулин




    © taganok.ru 2007. Перепечатка материалов или публикация в сети интернет только с разрешения авторов и обязательным указанием сайта taganok.ru

                    Экстремальный портал VVV.RU удаленная проверка сервера uptime российских хостеров Клуб Хронических Водников


    Видеосъемка HD и монтаж, создание слайдшоу, детские утренники. Рязань.